все о орехах

Василий орехов клеймо зоны


Василий Орехов - Клеймо зоны читать онлайн

Василий Орехов

Сергей Осипов

КЛЕЙМО ЗОНЫ

— Медленнее! Двигайся медленно и трагично, салага. Представь, что ты с глубокого похмелья.

Молодой сталкер в потертом защитном комбинезоне обреченно оглянулся через плечо, зыркнул угрюмо и осторожно ступил вперед.

— Еще шаг — и стоп! Не рыпайся пока. Отдохни.

Парня звали Рентген. Хвастался, что любого человека насквозь видит, страшно любил толкнуть под стакан прозрачного умную речь, что-нибудь про социальную структуру, общественный договор, пирамиду Маслоу и так далее. С образованием, в общем, салажонок попался — а может, просто тупо выпендривался. Начинал обычно так: «Ну, людей-то я хорошо знаю, успел изучить…»

Так и стал Рентгеном. Вроде даже фамилия у него оказалась подходящая: то ли Лучевой, то ли Просветов.

Сталкер замер в неустойчивой позе у старой железнодорожной насыпи. Тяжелый армейский ботинок вдавил в грязь несколько кусков щебенки — стоять на наклонной поверхности было неудобно, ребристая подошва понемногу сползала, но Рентген благоразумно не шевелился, ожидая следующей команды от ведущего.

Рельсовая ветка тянулась через всю Свалку, Дикие земли и край Милитари к небольшому депо возле атомной станции. Узкоколейку построили перед закладкой ЧАЭС — возить стройматериалы. После первой аварии заброшенный путь отремонтировали, и списанный тепловоз, экранированный свинцовыми плитами, таскал к растущей громаде Саркофага цемент и песок.

Ведущему группы эта железка никогда не нравилась. Ближе к городу она становилась смертельно опасной: вокруг нее скапливалась бесцветная кислотная мерзость, которую научники считали дальней родственницей студню. Но здесь, у южного края Янтарного озера, дорога не первый месяц считалась безопасной — относительно, конечно. Ребята из клана не побрезговали даже сделать схрон в ржавой коробке вспомогательной подстанции. Совсем недалеко, километрах в двух отсюда.

Рельсы, абсолютно не тронутые временем, чистые и сверкающие, словно их уложили только вчера, лежали на трухлявых, насквозь прогнивших шпалах. Деревянные давно раскололись на узкие и длинные щепки, а уложенные редкими участками бетонные — потрескались, вывернув наружу ржавые головки соединительных болтов. Словно патологоанатом брезгливо вынул пальцы из гниющих ран трупа…

Тьфу, пакость! Ведущий сплюнул. Что за хрень лезет в голову! В Зоне о мертвечине думать нельзя, как раз накличешь.

— Хемуль! — вполголоса позвал Рентген, когда пауза до неприличия затянулась. — Дальше-то что делать?

Салага сбил старшего с мысли, и тот рыкнул:

— Во-первых, не трепыхайся! Во-вторых, не рыпайся. В-третьих, опять не трепыхайся. Статую Давида видел когда-нибудь? Изображай.

Когда-то Хемуль участвовал в военных действиях в Южной Европе и навидался такого, чего иной раз и в Зоне не встретишь, хотя казалось бы… Ушел он за Периметр не от хорошей жизни — не сумел приспособиться к мирному быту, вскакивал по ночам с воплями, спасаясь от несуществующих бомбардировщиков. Только здесь, где смерть на каждом шагу, и смог успокоиться, попав в привычную среду. Пришел на один сезон денег по-легкому срубить — и остался на годы…

Детектор аномалий не показывал ничего. Чисто справа, чисто слева, то же самое — прямо по курсу, стерильно, как в хирургическом отделении. И никаких зримых проявлений: не дрожит воздух над птичьей каруселью, не искрит контактная пара, не плющит траву гравитационная плешь. Но все равно что-то не так. Шестым, двенадцатым, хрен знает каким еще по счету чувством Хемуль ощущал неясную угрозу — словно откуда-то издалека теплый ветер вдруг принес едва различимый гнилостный запашок.

Ладно. Попробуем.

— Влево два, — нехотя скомандовал он. — И замри опять.

Отмычка качнулся в сторону.

— Нет! Стой! — тут же переиграл Хемуль. Прислушался к своим ощущениям. Вонь как будто усилилась. Или нет? — Вперед иди. Перешагни рельс, встань на шпалу и жди. И без самодеятельности мне!

Рентген шевельнулся. За спиной ведущего разом выдохнули другие желторотики. В отличие от коллеги они уже пару раз ходили с Хемулем на маршрут и знали, что на пустом месте тот особо напрягаться не будет. Конечно, Рентген и сам не такой уж новобранец, хаживал ведомым и на Свалку, и в Темную Долину. Повезло дураку вернуться живым — опыт ведущих уберег его от большинства неприятностей, а что довелось пострелять, так это мелочь. Наоборот, только самомнение выросло: как же, самостоятельно двух кабанов завалил. Или трех. Или четырех. С во-от такенными клыками. Нет, с во-о-о-от такенными!..

Через секунду Рентген уже стоял на шпалах и озирался по сторонам. Никакой опасности он не чувствовал. Вот разве что…

— Гудит, старшой!

Только сейчас Хемуль понял, что совсем не запах заставил его насторожиться, а глухой, едва различимый в мертвой тишине гул, доносящийся со стороны железнодорожной насыпи. Ровный, монотонный, но будто живой. Словно проснулась где-то в подсознании память детства — так жужжит запертый в банке из-под варенья здоровенный шершень.

— Ждем, — сосредоточенно распорядился ведущий. — Следим за гайкой.

Словцо для маркеров сохранилось с незапамятных времен. Теперь вместо гаек бродяги Зоны что только не использовали — подшипники, болты, гвозди. Чему сталкер больше доверял, то и таскал с собой. А с недавних пор и вовсе мода пошла самостоятельно маркеры отливать. Крестики стали делать, могендовиды, звездочки всякие… Вроде амулетов. Некоторые альтернативно одаренные, говорят, даже царапают на них что-нибудь душеспасительное. «Господи помилуй», например. Или «Пропусти, кормилица!» Детский сад, одно слово.

Хемуль больше доверял старым проверенным болтам. Очень уж у них форма подходящая, несимметричная, отчего сразу заметно, когда маркер идет неправильно. Поэтому именно болт он и кинул — красиво, с подкруточкой. Маркер перелетел через железнодорожное полотно, упал с противоположной стороны насыпи, глухо звякнул и запрыгал по щебенке. Четыре пары глаз неотрывно следили за ним.

Опять пусто. Ложная, стало быть, тревога. Ну и ладушки. Обычно-то я недолюбливаю эти нервные приключения, как говорит в таких случаях один мультяшный страус.

— Мне идти? — подал голос молодой.

— Не шевелись, Рентген. Прямо вот не моргай даже. Отдохни пока, подумай о духовном.

Хемуль придирчиво изучал рельсовое полотно, покусывая нижнюю губу. Все было в порядке, но что-то ему определенно не нравилось. Рассказывают, что у сталкеров-ветеранов развивается подсознательное чутье в форме дурного предчувствия на те ловушки, которые никак себя не проявляют. Сами ветераны и рассказывают, конечно, за стаканом прозрачного, чтобы выглядеть большими и страшными в глазах молодняка…


libking.ru

Василий Орехов - Клеймо зоны читать онлайн

— А ты откуда знаешь? Помогал, что ли? — Москит наморщил лоб.

— Да куда уж мне, — слишком простодушно, чтобы это выглядело искренне, отозвался Скай. — Просто слышал. Знаешь, как бывает: сидишь в чужом баре, наливаешься водкой, у братвы языки развязались — мотаешь на ус…

— Ну да, ну да… Значит, схрон берешь на себя?

Скай немного помедлил с ответом.

— Попробую, чего ж. Только с миной разобраться — полдела, надо еще замок открыть. Пилить нам нечем, подрывать — ну на фиг…

Ксанта переглянулась с Кузнецом и улыбнулась. Тот надменно скривился. Вот он, Денискин шанс! Зачем непременно самоутверждаться стрельбой и мордобоем, когда есть другие таланты? Если все получится, он заслужит уважение сталкеров, да и за прошлые промахи будет переживать куда меньше. Тогда и она сама перестанет за него волноваться.

Вот только… Конечно, дома он на спор разбирал любой замок, любую механическую игрушку. Костик, помнится, однажды брякнул, что, родись Дэн на полсотни лет раньше, быть бы ему классным медвежатником. Но вдруг он не справится?

Нет, об этом лучше не думать. Он должен. Должен справиться.

— Денис поможет, — сказала Ксанта. — Кузнецом его прозвали не только потому, что он такой большой и суровый. Он еще и в слесарном деле понимает, правда, Дэн?

Тот вздернул подбородок:

— Попробую.

Москит заметно повеселел:

— А и правда неплохая подобралась команда! Мастера на все руки… Работаем, салаги!

В первый раз за все время группу вел помощник проводника, но и Ксанта, и Кузнец сразу заметили перемену. Скай шел осторожнее Москита, обходил подозрительные места по широкой дуге и время от времени пропускал вперед Дениса. Просил его дойти «во-он до того дерева», а сам ковырялся с наладонником или с автоматом наперевес внимательно обозревал окрестности. Москит усмехался краешком губ, но молчал, и Ксанта неожиданно поняла, что помощник использует Кузнеца в роли пресловутой сталкерской отмычки.

Да, в этом и состояла разница между ними. Москит, профессиональный проводник, старался сохранить клиентов целыми и по возможности невредимыми, для Ская же главным было довести до цели Ксанту, и неважно, с какими потерями. Но Дениска — равноправный участник похода, а не зеленый ученик сталкера, и он заслуживает лучшего отношения.

Сейчас Ксанта решила не вмешиваться, чтобы не отвлекать проводников от прокладки опасного маршрута, но дала себе слово поговорить об этом с помощником ведущего на первом же привале. И поговорить жестко.

Сталкеры поглядывали в ПДА, Кузнец и Ксанта постоянно озирались, с минуты на минуту ожидая появления верных слуг оскорбленного контролера. Но никого вокруг не было. Датчики движения изредка фиксировали далекие цели, но не больше чем на полсекунды. Может, и правда кто-то шел следом, а может, ветер качнул ветку или протащил по земле клубок жгучего пуха. Или мутанты пугливо поглядывали из кустов на отряд двуногих, который явно был не по зубам одиночным тварям Зоны.

Путь к заветному схрону оказался не столь уж долгим, и примерно через два часа Скай вывел группу на засыпанную бетонной крошкой строительную площадку. Сваленные прямо на грунт шлакоблоки осели и частично стекли вниз, словно расплавленный шоколад. Ветер намел сверху какую-то строительную мишуру, гниющие листья и прошлогоднюю траву, превратив некогда ровные штабеля в безобразные груды мусора. Проржавевший до остова трубоукладчик уткнулся в землю истлевшей стрелой, разбросал по песку ролики и траки рассыпавшихся гусениц. У дальнего края площадки валялись куски труб и толстенные защитные кольца из армированного бетона, похожие на останки поверженного гигантского робота. Между ними притулился неряшливый строительный домик с мятыми листами жести на узких, как бойницы, окнах.

— Это снова Свалка? — спросила Ксанта.

Скай закончил проверять территорию детектором аномалий и ответил:

— Нет. Здесь после Второго взрыва хотели построить дренажный отвод, пытались задержать разлив Болота. Но там дальше сильно фонит, много горячей земли, да и мутанты слишком часто наведывались в гости. В общем, бросили стройку на полдороге.

— А потом здесь окопался «Грех», — добавил Москит. — Все вокруг под себя подмял и гонял честных бродяг, как мух от варенья, пока кланы, объединившись, не устроили ему кровавую баню. Схрон внутри, я правильно понимаю?

Вблизи домик строителей выглядел еще хуже. Он осел на лысые по непонятной причине, давно лопнувшие шины, перекосился и врос в землю. Рыжие разводы испятнали стены, вдоль мокрых дорожек в углах наросли шапки белесой плесени. На скрипучих ржавых петлях доживала последние дни осыпающаяся от ветхости дверь.

— Я пойду первым, — сказал Скай. — Посмотрю, не оставили ли где растяжку.

С минуту стояла тишина, потом что-то зашуршало, и вдруг в тишине звонко и отчетливо прозвучал металлический щелчок.

Ксанта непроизвольно зажмурилась.

— Ложись! — заорал Москит.

Кузнец инстинктивно дернулся к Ксанте, собираясь повалить ее на землю, прикрыть собой от взрывной волны и осколков…

Из-за двери раздался флегматичный голос Ская:

— Все нормально. Я снял секретку, можете заходить.

Внутри пахло гнилым деревом и затхлостью. Либо сами строители, либо уже позже сталкеры вынесли из домика все сколько-нибудь ценное — лишь громоздились в углу какие-то рассохшиеся ящики, да стоял у стены несгораемый металлический шкаф. С петель замка и ручек шкафа свисали оголенные провода, а у массивных ножек валялся смятый кусок какой-то бурой глины.

— Уже разрядил? — проворчал Москит. — Не хочешь, значит, делиться секретами…

Кузнец неожиданно вздрогнул и шепнул Ксанте:

— Видишь… там, на полу? Это ж пластит!

— Нитро красиво все сделал, с любовью, — сказал Скай и кивнул Кузнецу. — Теперь твоя очередь. Только когда замок откроешь, сразу двери не дергай. Могли и внутри сюрприз оставить.

Денис опустился перед шкафом на колени, скинул рюкзак и достал коробку с инструментами. Москит присел на ящики, закурил. Ксанта встала в дверях и, чтобы не торчать у Кузнеца над душой, даже отвернулась.

Пейзаж снаружи оставлял желать лучшего. Унылый строительный мусор, бетонные короба, плесневелое ржавье, и над всем этим — такое же унылое осеннее небо, грязно-серое, с рваными клоками облаков, похожее на школьную доску, наспех протертую ленивым дежурным.

За спиной вполголоса чертыхнулся бывший морпех.

— Что, Данила-мастер, не выходит каменный цветок? — безмятежно спросил Москит.

— Не будешь мешать — выйдет, — зло ответил Кузнец. — Быстро только сам знаешь что получается.


libking.ru

Василий Орехов - Клеймо зоны читать онлайн

— Не будешь мешать — выйдет, — зло ответил Кузнец. — Быстро только сам знаешь что получается.

Среди завалов бетонного лома вдруг что-то мелькнуло. Ксанта, прищурившись, вглядывалась в даль, пытаясь понять, не обмануло ли ее настороженное подсознание.

— Там кто-то есть!

Почти одновременно с ее возгласом запищали хором датчики движения у Москита и Ская. Сталкеры переглянулись и, не тратя время на разговоры, начали действовать. Помощник проводника довольно бесцеремонно отодвинул Ксанту от двери, прикрыл ветхую створку и выставил в щель ствол АКМК. Москит выбил прикладом автомата угол жестяного ставня, загнул вверх оторванный кусок.

— Кузнец, — сказал он, — неплохо бы ускориться. Через пять минут на твой товар соберется толпа желающих.

— Построй их в очередь, — сквозь зубы огрызнулся Денис.

Ксанта на мгновение обернулась: он ковырял замок буравчиком, подсвечивая себе небольшим фонариком, который держал во рту. Она снова выглянула за дверь из-за плеча Ская. Неясная тень бродила в отдалении, время от времени пересекая открытое пространство, но близко к домику не подходила. Казалось, тварь вообще не обращает на них внимания.

— Это слепец, — сказал Скай. — Разведчик. Унюхал нас. Сейчас доложит хозяину, разом вся толпа соберется.

— Почему контролер так к нам привязался? — спросила Ксанта.

— Играется, ублюдок. Они по уровню интеллекта не выше восьмилетнего ребенка. — Второй номер приложил автомат к плечу, прогнал мушку прицела сквозь всю линию огня. — Говорят, среди уголовной швали специально таких отбирали — с предельно низким ай-кью. А потом пичкали химией до судорог, пока окончательно не сделали из них дегенератов. Так что контролеры — всего лишь жестокие дети. Ни запретов, ни морали, ни совести. Одни бандитские понятия и распальцовка, да и те на самом примитивном уровне.

— Он мог и прямой приказ получить… — вполголоса добавил Москит.

— Мог, — согласился Скай.

— От кого? — Ксанта с недоумением посмотрела на обоих. Кто может приказывать хитрому и осторожному мутанту, который способен держать под ментальным контролем дюжину-другую зверей Зоны?..

На площадку внезапно выскочили еще несколько слепых собак и два припять-кабана. Твари визжали и рычали, словно адская свора, захлебывались кровавой слюной. Секачи гнали псов перед собой.

— Вот теперь вся гоп-компания в сборе, — сказал помощник ведущего и выстрелил.

Передний слепец взвыл от боли, перекатился через голову и попытался уползти, но разъяренный кабан за его спиной остановил подранка копытами, поддел мордой и, поставив на ноги, толкнул широкой грудью: вперед!

— Москит, с твоей стороны еще гости, — негромко предупредил Скай.

— Да вижу я!

Ксанта успела только повернуть голову, когда старший проводник выпустил через импровизированную амбразуру короткую очередь. В закрытом пространстве грохот стрельбы нестерпимо хлестнул по ушам, зазвенели по полу горячие гильзы.

— Кузнец!

— Скоро уже! Не мешайте.

Скай бил одиночными почти без перерывов. Не обращая внимания на потери, мутанты лезли вперед. Две слепые собаки остались лежать неподвижно, одна, поскуливая, дергала лапами, пытаясь подняться, секач с окровавленной грудью замер, покачиваясь, на расставленных ногах, яростный огонь в его глазах тускнел, сменяясь болью и страхом.

Москит снял очередного слепца в прыжке, почти у самого вагончика, и сквозь дыру в окне внутрь брызнула зараженная кровь, полетели грязь и клочья мокрой шерсти.

Сталкер с руганью отпрянул, на несколько секунд прекратил стрельбу, и в оконном проеме замелькали уродливые оскаленные пасти. Собаки подпрыгивали, но никак не могли зацепиться лапами за жестяную кромку. Ведущий снова нажал на спуск, но автомат лишь щелкнул, выбросив пустой магазин.

— Ксанта! — крикнул Скай. — Давай туда! Мочи!

Девушка подскочила к Москиту, который, матерясь, перезаряжал АКМК, выставила в окно ствол «узи» и, даже не зажмурившись, придавила спуск. Легкий и удобный пистолет-пулемет, к которому она уже понемногу начала привыкать, ожил и задергался в руках. Злобный рык за стеной сменился жалобным воем, потом что-то упало с глухим стуком, и вой превратился в нестерпимый визг, сопровождаемый сочным голодным урчанием. Прогремела следующая очередь; она никого не задела, однако все же заставила мутантов отпрянуть от огрызающейся огнем дыры.

— Кузнец! — рявкнул Скай. — Мы почти пустые!

— Сейчас! Сейчас!..

Москит оттолкнул Ксанту от окна, сбил высоко подпрыгнувшего слепца одиночным выстрелом в голову. Девушка обернулась к Скаю и похолодела от ужаса: в узкую дверную щель лезло окровавленное кабанье рыло. Помощник ведущего отбивался от секача прикладом. У него тоже кончились патроны, но менять магазин времени не было: раненый, но недобитый секач, матерый и наглый, свирепо пер напролом.

— Скай! — крикнула Ксанта. — Лови!..

Она бросила ему «узи». Младший проводник поймал ствол левой рукой, правой в очередной раз саданул прикладом «Калашникова» по морде противнику и, когда тот на мгновение отступил, расстрелял в упор остаток магазина Ксанты. Отбросил израильскую игрушку в сторону, двумя движениями перезарядил свой АКМК, передернул затвор и добил уже и без того нашпигованную пулями озверевшую тварь.

Едва издохший кабан освободил дверной проем, в дверь сунулось бесформенное рыльце. Выпученный хамелеоний глаз провернулся в глазнице и уставился на Ская. Маленький ротик кривился и дергался, обнажая полусточенные клыки. Кошмарный мутант ворчал и булькал, словно неисправный радиоприемник. Сквозь мешанину непонятных звуков то и дело пробивались обрывки членораздельной речи: «Гармонбозия! Лебенсмиттельгешефт! Глырбеглиау! Кулане расконор!»

— Плоть! — гаркнул Скай.

— У меня тоже! — откликнулся Москит. — Не впускай их!

Невыносимая вонь заполнила домик, Ксанта с трудом сдерживала тошноту. Скай пнул псевдоплоть подкованным ботинком в морду, перебросил флажок автоматического огня и тремя короткими очередями отбросил от входа ненасытную тварь.

— Кузнец! Что у тебя?

Едва слышное сквозь грохот автоматных очередей повизгивание буравчика прекратилось. Раздался треск, потом отчетливый щелчок.

— Готово! — рявкнул Денис.

— Не открывай! — крикнул от двери Скай. — Там может быть мина! Подмени-ка меня!..

Кузнец схватил автомат, встал рядом с помощником проводника. В два ствола они досыта накормили упорную псевдоплоть свинцом, мутная кровь залила твари глаза и пасть, она жалобно заблеяла, забормотала и уковыляла в сторону, натыкаясь на трупы мутантов.


libking.ru

Василий Орехов - Клеймо зоны читать онлайн

А Скай продолжал:

— Просто вспомни. Я все равно не смогу ничего доказать, но попробуй хотя бы задуматься. Тебя не удивило, как быстро она смогла поставить на место солдатню и накрутить хвост самому коменданту? А ведь Мортенсен — сверхосторожный сукин сын, на него где сядешь, там и слезешь. Вспомни, как часто ей удавалось буквально парой слов гасить ваши вечные конфликты с Москитом. Вот только что были готовы набить друг другу морду — и уже спокойно болтаете о ерунде. Странно, правда? Она умеет транслировать эмоции, Кузнец. Это ее След — не читать, а проецировать свои.

Денис обескураженно молчал.

— И дар явно прогрессирует. Помнишь, когда на нас насело стадо контролера — и вдруг разбежалось, а контролер не смог ничего поделать? Не было там никакой химеры, я бы ее издали почувствовал. Или вспомни Альбиноса, который послушно замер после ее крика. Это и есть Клеймо, Кузнец. Самое настоящее и очень удачное. Мало кому из нас так повезло. Кое-кто заполучил только постоянную головную боль и кошмары по ночам…

— Это могут быть и совпадения, — упрямо проговорил Денис. Он уже поверил Скаю, но не привык сдаваться без боя. — Мало ли почему ушло стадо контролера — может, он их сам позвал. А Альбинос просто испугался слишком громкого крика…

Скай улыбнулся краешком губ:

— Кровососы не боятся никого и ничего. Нет у них инстинкта самосохранения — это очередной суперсолдат, неудачный эксперимент военных. Атакующего кровососа может остановить только очередь из «калаша», лучше из двух. Но если тебе мало, подумай еще вот о чем. Эти ее гадания — тебе не показалось, что они слишком часто сбываются?

— Руны-то? Баловство это все. Я сто раз пробовал, вечно какая-то ерунда получалась. Книга предсказаний врет постоянно…

— А ты не заметил, что в последние разы Ксанта в книгу даже не смотрела? Это тоже Клеймо. Она может предсказывать будущее. Пусть пока неопределенно, смутно, в виде гадательной игры, но может. И это в Зоне еще более ценное качество. Многие очень серьезные люди отдадут все, чтобы заполучить в личную собственность такую прорицательницу.

— Да откуда у нее это ваше долбаное Клеймо?! Она что, сталкер? Ходит за Периметр каждый день, как на работу? Она провела здесь два месяца, за территорию лагеря не выходила, за их здоровьем тщательно следили! Откуда?..

Скай нахмурился:

— Биоцентр, в котором работает твоя подружка, — помнишь, как он называется?

— Центр биологических инноваций.

— Вот именно. То есть сначала изобретаем, а потом внедряем. Вот они и изобретали, прямо тут, в Зоне, не отходя от кассы. Никаких мутантов они тут не изучали. Точнее, резали, конечно, но результаты клали на полку или спускали в унитаз. Потому что основным объектом исследований были сами работники. Руководство Центра и его военные спонсоры очень хотели получить достоверный, подтвержденный образец Клейма. Поэтому воздушные фильтры в лагере напоминали дырявое решето, а во время выбросов станция стояла открытая всем ветрам. И в пищу кое-что подмешивали. И стены пропускали весь спектр излучений. Понял теперь? Прикрыли лавочку совсем не потому, что зверье прорвалось через кордоны и сожрало пару техников. Кого бы это напрягло — наняли бы новых. Нет, не в том дело. Просто все подопытные кролики из научной братии, вернувшись домой, не прожили и года. Кто в окно сиганул, кто от неизвестных болячек в одночасье сгорел, а кто и вовсе во сне помер без каких-либо причин. И на сегодняшний день твоя Ксанта — единственная, кто выжил.

— Откуда у тебя такая информация, Скай?

— Сорока на хвосте принесла, — проворчал тот. — Кое-что братец ее раскопал и поделился, кое-что я по своим каналам раздобыл, кое-что сам достроил из открытых источников… За девушкой наверняка было установлено скрытое наблюдение, и я не совсем представляю, как именно ей удалось уйти из-под колпака и нырнуть с тобой в Зону. И военные в Чернобыле-4 — они ведь не зря встрепенулись. Похоже, информация о ее прибытии, которую передал Мортенсен, быстро попала к кому надо. И им велели задержать вас любой ценой. Но кое-кому, наоборот, надо было, чтобы вы беспрепятственно проникли за Периметр.

Денис давно уже опустил автомат. Поежился, огляделся по сторонам и вдруг беспомощно, совершенно по-детски спросил:

— Что же нам теперь делать?

— Все очень не просто, Кузнец. Если бы речь шла только о тебе и о Ксанте, я бы сказал: бери свою девчонку в охапку и сваливай, пока оба целы. Но каша заварилась такая, что теперь вам не выйти даже из Припяти. За вами не только «Монолит» и военные охотятся. Те наемники, что нас дважды догоняли, явные лохи из-за Периметра. Может быть, какая-нибудь частная структура, имеющая отношение к Центру биологических инноваций и стремящаяся вернуть Ксанту. Монолитовцы так не работают, да оно им и не надо было — Москит ведет вас прямо к ним в лапы, к Четвертому энергоблоку… — Он покачал головой. — В общем, держи пока рот на замке. Никому ни слова, особенно ведущему.

— Москит работает на «Монолит»?

— Не уверен… Не могу точно сказать. Когда он ходил за снаряжением, я прокрался за ним, чтобы проследить, не передаст ли он тайком какое-нибудь сообщение, едва скрывшись из виду. Вроде ничего не передал…

Денис вдруг обеими руками взял Ская за грудки. Встряхнул.

— А ты? Ты на кого работаешь?! Тебе кто платит?

Сталкер осторожно отцепил руки Кузнеца.

— Я сам по себе. Ни на кого не работаю. Но перед Мутом у меня должок неоплаченный. Жизнью я ему обязан…

— А сам ты кому сообщение только что посылал? А?

— Нашим ребятам из «Последнего рубежа». Одному мне не управиться, если «Монолит» попытается забрать Ксанту… — Он постучал пальцем по экрану ПДА. — Об остальном потом. Москит возвращается. Надо идти.

Старший проводник действительно уже спускался по лестнице. Заметив Кузнеца со Скаем, которые как раз перебирались через баррикаду, спросил:

— Что вы там лазаете, радиоактивное мясо?

— Кузнецу захотелось на бюрера посмотреть, — флегматично ответил Скай.

— Да уж вижу — вон глаза какие квадратные. Дрянь зрелище, правда? Глянешь на такое, и начинаешь менее критично относиться к собственному отражению в зеркале… Я проверил — дорога свободна, вылезем наверх через люк ремонтников. И лучше поторопиться, пока карлики не явились выяснять, куда запропастились их разведчики. Главари у них соображают хорошо, не чета остальным, могут и понять, что к чему.

Ксанта поднялась навстречу мужчинам, наткнулась на странный взгляд Кузнеца и замерла в нерешительности.

— Пошли-пошли, — сказал Москит. — Если не будем зевать, через час выйдем к Радару. Надеюсь, ты не забыла код для подтверждения перевода денег?


libking.ru

Василий Орехов - Клеймо зоны читать онлайн

— И куда мы теперь? — спросил Кузнец, когда они вышли на улицу. — Миссия провалена, да?

— Глупый, — ответила Ксанта. — Все только начинается. — И, когда он непонимающе посмотрел на нее, добавила: — Два — ноль.

Так и сказала — «два — ноль».

Кузнец хмыкнул:

— У вас тут что, футбол?

— Все сразу. Футбол, покер, биатлон, хоккей по пересеченной местности. Но в основном гонки на выживание. В первом раунде мы ведем, посмотрим, что будет дальше. Пусть Мортенсен брызжет слюной, а мы пока двинем в город.

— Подальше от начальства, поближе к кухне?

— Вот именно, морпех. Комендант — мужик беспокойный, кресло под ним ежедневно шатается: кто знает, что ему в голову взбредет. А если осядем в городе, то хотя бы глаза ему мозолить не будем.

— Город — это Чернобыль?

— Чернобыль-4. На картах его не найдешь, а в документах пишут: «Реабилитационный центр для временно перемещенных лиц».

— Ага. Реабилитация небось так и прет из всех щелей.

— Конечно. — Ксанта ухватила Кузнеца под руку и потащила за собой. За баррикадой из бетонных блоков наезженный проселок тянулся к полуразрушенным домикам Чернобыля-4. — Вообще смех с этими перемещенными лицами. Каждый второй в городе имеет справку, в которой сказано, что он беженец из какой-нибудь деревни под Припятью. Село Погорелово, улица Чистой Правды, дом 158 бис. Поселение такое, может, на самом деле существовало, улица уже под сомнением, лучше не проверять, а дом — натурально небоскреб: человек триста было прописано. И у каждого бумага, что он исправно трудится в городке каким-нибудь младшим помощником старшего истопника или мойщиком посуды в офицерском баре. Хотя народу тут живет раз в десять больше, чем имеется рабочих мест.

«Тойоту» биоцентра Ксанта с Денисом оставили у комендатуры, здраво рассудив, что не слишком разумно дразнить вояк и светить приметную, как новогодняя елка, машину. Первый же патруль остановит, чтобы проверить документы, и, даже удостоверившись, что бумаги в порядке, обязательно доложит по инстанциям. Лучше уж пешочком, пара километров не крюк, зато не так вызывающе: мало ли праздного народу по улицам шатается. До комендантского часа еще куча времени.

И кстати, пропуск на въезд полковник Мортенсен им так и не подписал. Парадокс: на территории «тридцатки» они находятся совершенно легально, а вот въехали в нее без разрешения. Попадется ретивый офицер, начнет выяснять, в чем дело… Лучше не привлекать ненужного внимания.

Городок был даже и не городом вовсе, а обычным станционным поселком, брошенным еще в восемьдесят шестом. Когда жесткий контроль вокруг ЧАЭС немного ослаб, в него вернулась часть жителей, пресловутые возвращенцы, которым нечего было терять, кроме родной земли. Занимали пустующие дома, разбивали огороды на подозрительной в отношении радиационной опасности территории, собирали в загрязненных районах грибы и ягоды, ловили рыбу в фонящих прудах. А после Второго взрыва никого из них не нашли. Впрочем, тогда было не до возвращенцев, люди пропадали бесследно и гибли целыми ротами.

Поселок оказался немаленьким, больше чем в сотню домов, однако выстроен был совершенно бестолково. Сначала здания, видимо, кучковались вокруг полустанка, потом, когда население выросло, потянулись вдоль бетонки и двух проселков, изгибавшихся так причудливо, что найти нужный адрес наверняка было не так-то просто. Волна Второго взрыва разрушила несколько кирпичных пятиэтажек с северной стороны; позже жители растащили их на стройматериалы. Многочисленные самодельные и нелегальные пристройки, ангары и склады еще больше запутали географию Чернобыля-4; впору было выпускать подробные карты города и продавать сталкерам, делая на этом неплохой гешефт.

Денис оторопело глазел по сторонам, Ксанте то и дело приходилось его подгонять. Пейзажи порой действительно были совершенно сюрреалистическими. Где еще увидишь полностью разрушенный квартал с брошенными зданиями и единственным новеньким двухэтажным домом из кирпича? Над ржавыми створками ворот болтается покосившаяся вывеска «Рабочая одежда». Ага, так мы и поверили, что такую домину отгрохали ради жалкого магазина, да еще обнесли глухим железным забором с массивными воротами. На заборе было криво написано мелом: «SHTI». И все, больше ни одной надписи на огромной серой поверхности. В Киеве такая чудесная площадка для самовыражения давно была бы исписана граффити из баллончиков вдоль и поперек, а тут на тебе: SHTI, и все дела. А через сотню шагов — заколоченные витрины магазина в капитальном некогда здании, от которого остался только первый этаж и гнилые зубья осыпавшихся стен второго. Новые хозяева выкорчевали балки перекрытий и подперли прогнувшийся навес досками. Здесь когда-то были балконы второго этажа, а теперь, похоже, располагались огневые точки.

— И что, — ошеломленно проговорил Денис, — здесь действительно живут люди?

— Скорее работают, — серьезно сказала Ксанта. — В Чернобыле-4 что ни дом — либо бордель, либо кабак, либо магазин никому не нужных товаров с полупустыми прилавками. Но при этом все, кому надо, знают, что старый универмаг «Военторг» — это прикрытие для скупщиков хабара, а, скажем, «Юридическая консультация» — сталкерская аптека. Хотя в общем-то и то и другое лишь охмурялово для новичков, которые еще не успели вступить в клан или не обзавелись полезными контактами. Даже военные про это знают, но почему не ликвидируют — это уже совсем другая история.

— А «Рабочая одежда» типа толкает армейское барахло? Защитные костюмы, броники и трусы цвета хаки?

— Если бы все было так просто… — хмыкнула Ксанта. — Нет, там харчевня какого-то клана. Точно не могу сказать, но «Военторг» вон тоже не оружием торгует, скорее наоборот. Не ищи скрытого смысла в вывесках, они для своих, чужой так сразу не разберет и сразу спалится. На это, собственно, и расчет.

— А мы — куда? В какой-нибудь «Детский мир»?

— Почти. В бар.

— О! — восхитился Кузнец. — Самое подходящее место. Надеюсь, хотя бы там все как в кино про сталкеров: кабак системы салун, бармен, голые девочки у шеста и неизменные мордобития строго по расписанию. И название сказочное, что-нибудь типа «Тысячу рентген тебе в…».

Ксанта усмехнулась:

— Всё увидишь. И девочек голых увидишь, и тысячу рентген в…

Зачем портить человеку кайф? Сам пусть смотрит. У кабаков в Чернобыле-4 названия веселые, факт. Неизвестно, какой умник запустил дурацкую моду, чтобы заведения у самой Зоны непременно назывались по названиям блюд русской или украинской кухни. Причем обязательно в англоязычной транскрипции, чтобы бродяги любой национальности ломали себе язык о колено. Пойди произнеси «Боржч» или тот же легендарный «Свъе Колник»; «Шти» на этом фоне выглядели просто чудом простоты. «Счоурма» и «Харстчо» вот не прижились: хозяин первого заведения разорился и вернулся в Мариуполь, а второе сгорело во время очередной пьяной потасовки. Впрочем, эти названия хотя бы были короткие, попадались и посложнее — скажем, «Профитроль-бутерброть». Один венгр тоже замутил кабак, долго размышлял, как окрестить, в итоге додумался до «Рассольника». Но латинскую транскрипцию такую подобрал, какая Кириллу с Мефодием и в страшном сне не приснилась бы. А чего им, венграм? У них такие города есть — закачаешься: Секешфехервар или Шатораль-яуйхей, и ничего, живут. Бродяги-славяне, когда устали язык коверкать, прозвали кабак «Разок с хреном». Это когда трезвые. Если же сталкер вернулся из-за Периметра с хабаром и уже начал отмечать, версии названия выходили и вовсе нецензурные.


libking.ru

Василий Орехов - Клеймо зоны читать онлайн

— Если только там вся их кодла не болтается, — заметил Скай.

— Может и так быть, — согласился Москит. — Поэтому я пойду проверю — гляну, как там что, а вы пока здесь посидите. И не высовывайтесь.

На последней фразе ведущий обернулся к Ксанте с Денисом и вроде бы едва заметно подмигнул. Похоже, старший проводник все-таки готовит для Ская обещанную проверку. Времени все меньше, до ЧАЭС рукой подать, и, наверное, пора уже избавляться от подозрительного компаньона.

Может, и правильно. Ксанта едва заметно кивнула: поняла, мол. Москит ухмыльнулся, двинулся к лестнице. Столкнул с нижних ступеней труп бюрера и полез наверх.

Скай какое-то время возился со своим автоматом — проверял, наверное, после ментального воздействия мутантов. Потом поднялся и принялся разгуливать вокруг, заглядывая во все щели. Присел перед мертвым телом первого убитого бюрера, потыкал его стволом, оглянулся по сторонам, словно бы невзначай зацепив краем глаза Ксанту с Денисом.

— По-моему, он усыпляет наше внимание, — шепнул Кузнец. — Москита нет, а ему нужно передать своим сообщение о нашем дальнейшем маршруте. Пока мы были вместе, он это сделать не мог. Думаешь, зря он тогда исчезал, когда ведущий пошел за снаряжением в Мертвый город?

— Не знаю, — так же тихо ответила Ксанта. — Куда тут исчезнешь? Только назад, в туннель и на лестницу.

— Может, тут какой тайный проход есть.

— Для этого надо его знать. А Скай говорил, что в подземелья Припяти мало ходил, не его это места.

— Мало ли что он говорил… Да твою же мать!.. — Денис осекся на полуслове и принялся яростно озираться. — Опять он исчез!

— Куда? Он только что…

Ксанта и сама едва не выругалась от удивления. Перед трупом бюрера, где только что сидел на корточках Скай, не было никого. Опять, как тогда, в лесу, младший проводник пропал — беззвучно и молниеносно, воспользовавшись тем, что они отвлеклись буквально на пару секунд.

— Ну, все! — грозно сказал Денис. — Хватит дураков из нас делать! — Он рывком поднялся, сдернул с шеи автомат и пошел вперед, неотвратимо, как бульдозер.

— Подожди! — Ксанта повисла у него на руке. — Москит сказал…

— Да плевать мне, что он сказал! Сам разберусь! А ты, Осень, за мной не ходи, разберемся с этим парнем по-мужски. Исчезает он всегда внезапно и появляется слишком вовремя!

Он оттолкнул ее и зыркнул так, что она сразу поняла: мужчине лучше не перечить. В похожем состоянии Ксанта видела Дениса раз или два за всю жизнь, и ей не слишком хотелось вспоминать эти моменты.

В конце концов, не поубивают же они друг друга.

Кузнец приблизился к убитому телекинетику, отпихнул тело и перемахнул через импровизированный бруствер, который бюреры наскоро накидали из каких-то полусгнивших ящиков, камней и железяк. Долго искать не пришлось: за глухим с виду карманом в стене пряталась незаметная дверь. Очередной технический туннель, в котором явно и скрылся Скай, больше ему деться некуда. Кузнец осторожно сунулся внутрь со стволом наперевес и замер, услышав за углом негромкое электронное попискивание. Он скользнул вперед по стенке, стараясь двигаться как можно тише.

Денис не мог разглядеть, что происходит за поворотом. Только слышал едва угадываемое ритмичное постукивание — как будто кто-то печатал на сенсорном экране.

«Сука! Да он же нас закладывает! Прямо сейчас и закладывает!»

Добравшись до угла, Кузнец осторожно выглянул.

Наплевав на все предупреждения Москита насчет грибов-невидимок, младший проводник стоял, прислонившись спиной к обвислым кабелям на стене, и быстро набивал сообщение на ПДА.

Денис медленно подтянул к себе АКМК, перехватил поудобнее. Палец привычно лег на спусковой крючок.

— Выходи, — буднично сказал Скай, не отрываясь от своего занятия. — Хватит прятаться. Или ты к следопыту подкрасться вздумал?

Кузнец выпрыгнул из-за угла с автоматом на изготовку. От ярости он шумно, с присвистом дышал. Надоели ему эти тайны мадридского двора хуже рекламы по 3D. Какие-то шпионские игры, интриги, детсадовские приключения… Он всегда предпочитал разбираться по-простому. Простой способ — самый верный. Все гениальное просто.

— Ты кому нас продаешь, сука? — с яростью прорычал Денис.

— Сдается мне, пришло время открыть карты, Кузнец, — сказал Скай, не отводя взгляда от экранчика. — Пока ты дров не наломал. Лучше бы, конечно, совсем без этого обойтись, но что уж теперь…

— Давай выкладывай, с кем ты там трепался!

— Да не вопрос, выложу. Но для начала маленькое вступление, иначе дальше нам будет трудно вести беседу. Как ты думаешь, зачем ты здесь?

— В смысле — «зачем»? — угрюмо буркнул Кузнец. Если сталкер пытается заговорить ему зубы, то хрен у него это выйдет. — Запамятовал? У Ксанты пропал брат, и мы…

Скай вздохнул, покачал головой:

— Он никуда не пропадал, Кузнец. Этот слух распустили специально, чтобы заманить твою подружку в Зону.

— Ксанту?! Заманить в Зону?.. — Денис все-таки растерялся. Такого он никак не ожидал.

— Именно ее, и никого другого.

Наверное, сейчас Скай, воспользовавшись замешательством Кузнеца, мог бы его разоружить, но он даже не попытался.

— Зачем? Чтобы давить на Костю… на Мута?

Сталкер закрыл экранчик ПДА, но убирать под рукав не стал, продолжал копаться в настройках. Кузнецу показалось, что Скай избегает смотреть ему в глаза. Наконец проводник спросил:

— Помнишь наш разговор во время выброса? О Клейме и экстрах?

— Помню, конечно, такое не сразу забудешь. Только при чем тут это? Хочешь сказать, Костик… ну, этот ваш Мут — тоже экстра?

Сталкер наконец поднял глаза. Денис так и не понял, чего было больше в его взгляде — сожаления или нежелания говорить.

— Дурак ты, Кузнец, если до сих пор ничего не понял. Это Ксанта твоя — экстра. У нее самое мощное Клеймо из тех, что я видел в последнее время.

Пару секунд Денис обескураженно молчал, переваривая новость. Как-то не вязалась она с привычной картиной мира, совсем не это он готовился услышать. И тем не менее он поверил Скаю сразу и безоговорочно — разумеется, враг не стал бы выкладывать перед ним такие козыри, лишая себя преимущества. Если Ксанту просто пасут, надеясь, что она приведет к Муту, — это одно. Но если местные тайные силы интересуются конкретно Ксантой… Значит, опасность для нее вполне реальна, опасность повсюду, опасность ежеминутно. Зачем бы Скаю делиться такой важной информацией, если он замышляет недоброе, — чтобы насторожить Кузнеца?

А Скай продолжал:

— Просто вспомни. Я все равно не смогу ничего доказать, но попробуй хотя бы задуматься. Тебя не удивило, как быстро она смогла поставить на место солдатню и накрутить хвост самому коменданту? А ведь Мортенсен — сверхосторожный сукин сын, на него где сядешь, там и слезешь. Вспомни, как часто ей удавалось буквально парой слов гасить ваши вечные конфликты с Москитом. Вот только что были готовы набить друг другу морду — и уже спокойно болтаете о ерунде. Странно, правда? Она умеет транслировать эмоции, Кузнец. Это ее След — не читать, а проецировать свои.


libking.ru

Василий Орехов - Клеймо зоны читать онлайн

— Уходи!

И тут вдруг Ксанту осенила мысль, от которой похолодели руки, а разогнавшееся сердце дало сбой. С внезапной стопроцентной уверенностью она поняла, что Скай и не надеялся победить — обычная автоматная пуля не пробивает броню экзоскелета. Перестрелка с «Монолитом» изначально была обречена: это только в греческих легендах простой человек может выступить против неуязвимых полубогов и одержать победу.

Скай просто отвлекал внимание врагов на себя, выводя ее из-под удара.

Она хотела приподняться, заорать во все горло, замахать руками, чтобы те, черные и неумолимые, заметили ее, но в этот момент «узи» умолк. Почти сразу стих и надсадный собачий лай гауссов.

Над местом, где лежал Скай, стояли сразу несколько монолитовцев.

Ксанта хотела закричать, но горло, сжавшееся горечью новой утраты, не послушалось. Тогда она привстала, уперлась руками в бочку, чтобы оттолкнуть ее в сторону, и даже зарычала от ненависти ко всему темному.

Она уже ждала, что вот сейчас снова забрешут безумные псы, шевельнутся и рванут в ее сторону толстоногие тени, но вместо этого сверху раздался протяжный скрежет — словно где-то за облаками разрывали на кусочки огромную многокилометровую простыню.

Темные зашевелились, Ксанта подняла голову, но больше никто ничего не успел сделать.

Потому что чудовищной силы гром пнул землю в самое подбрюшье. Она дрогнула, безуспешно стараясь прикрыться от удара нескольких сотен реактивных снарядов. Но внутри раскаленных железок уже сработали взрыватели, и припятский пригород утонул в огненной буре.

Ударная волна опрокинула бочку прямо на Ксанту, придавила девушку к земле, раскатала, словно блин. Сверху полетели комья глины, а через мгновенье по ржавому боку бочки зазвенели осколки. Горячий металлический дождь пролился на снег, и теперь тот шипел и плавился в нескольких шагах от Ксанты. Пришедшая было в себя земля снова застонала от боли под ударами сотен злых и смертоносных ос.

Ксанта закричала, но в почти физически осязаемом водовороте грохота, визга и скрежета не расслышала собственного голоса. Потом в какой-то момент внезапно заложило уши, и впереди с отдаленным зловещим гулом поднялись огромные кусты разрывов.

Потерявшая сознание Ксанта уже не видела, как взрывы беспощадно разметали черные фигуры в экзоскелетах и как с севера в зловещем молчании двинулись в атаку бойцы «Последнего рубежа».

— …ень!

Ксанте показалось, будто только что ее позвал знакомый голос. Она шевельнулась, попробовала раскрыть веки. Получилось неожиданно легко — она ожидала, что для этого придется приложить неимоверные усилия. Она встряхнулась, пытаясь разогнать дурноту и слабость, но тут же сморщилась: все тело пронзила боль, а контуженная голова снова загудела.

— Осень!

Только два человека на свете называли ее так, но один совсем недавно погиб у нее на глазах, а второй…

Костик склонился над ней — осунувшийся, небритый, встревоженный, но живой. В армейском штурмовом бронекостюме он выглядел крайне воинственно и по-мужски уверенно. На груди у него болтался расстегнутый респиратор.

Больше всего на свете он боялся ее потерять. Боялся с тех пор, как узнал, что она проникла в Зону. И, увидев безжизненное тело, страшно испугался. Неужели все было напрасно?..

Она вскинула руки, обхватила его за шею. Тошнит от контузии?! Да плевать! Вот он, Костик — живой, целый, невредимый… Она все-таки нашла его.

— Живой! Живой…

Он неловко стянул перчатки, взлохматил ей волосы. Заметил мимолетную гримасу на ее лице и попридержал руку, опасаясь причинить ей боль.

— Да что со мной сделается? Конечно, живой.

— Почему ты пропал? Тебя взяли в плен? В заложники?..

Костя не ответил. В отдалении бухнул выстрел, но он даже не обернулся — похоже, там уже все было кончено, и бойцы «Последнего рубежа» добивали раненых врагов.

— Выходит, я шла спасать тебя, а тебе пришлось спасать меня? — проговорила Ксанта.

— Выходит.

К счастью, она не обратила внимания, что его голос дрогнул, а улыбка вышла кривоватой.

— Господи, какая же я дура… Поперлась без подготовки, угробила кучу людей. Дениска погиб, Скай погиб… А ты, оказывается… — Она подняла голову, внимательно посмотрела на него. — Погоди-ка… Но если ты никуда не исчезал…

Судя по ее сосредоточенному взгляду, разрозненные части головоломки понемногу начали складываться в общую картину. И картина эта, надо полагать, оказалась довольно странной. Сейчас надо было срочно бросить пару убедительных оправдательных фраз, снова смешать головоломку в ее сознании. Она ждала, чтобы он разрушил ее подозрения, она готова была поверить чему угодно. Но у него уже не осталось душевных сил даже на это. Не сейчас.

— Позже, Осень, — сказал он чужим голосом. — Я тебе все подробно объясню, но сейчас нам надо уходить. Мы договорились с артиллеристами полковника Сугорина о том, чтобы они отработали по указанным Скаем квадратам. Системы залпового огня «Шторм», обычно ими гасят прорывы. Штурмовой отряд «Монолита» уничтожен, но Дети Саркофага могут подтянуть свежие силы, и тогда здесь будет жарко.

Он не знал, как вести этот разговор. Он много раз репетировал его, но теперь понимал, что только зря потратил время. Он не сможет ей ничего правдоподобно объяснить. Потому что придется врать и выкручиваться. За последние дни он многократно проклял себя за то, что ему в голову вообще пришел такой чудовищный план. В теории все выглядело эффектно и разумно — но только в теории. Он уже столько раз рисковал своей головой ради высшей идеи, что это воспринималось им как само собой разумеющееся. Вот только он не учел, что рисковать собой куда проще, чем близким человеком. А сейчас почувствовал это как никогда остро — и понял, что в связи с этим весь его дальнейший план находится на грани срыва.

— «Монолит» хотел использовать тебя как приманку, чтобы добраться до меня, — с трудом выдавил он. — Мы вмешались, как только смогли…

Это была полуправда. Сталкеры из «Последнего рубежа» и лично Мут отслеживали прохождение группы Москита, но в происходящее не вмешивались. Если бы они забрали Ксанту на маршруте или хотя бы проявили себя, «Монолит» не дал бы им уйти далеко. Единственный шанс успешно перехватить суперэкстру и вместе с ней раствориться на просторах Зоны состоял в том, чтобы в последний момент силами дружественных военных нанести внезапный артиллерийский удар по штурмовому отряду противника, который явится за ценным призом.

«Последнему рубежу» были жизненно нужны экстры. В последнее время устоявшаяся система выбросов начала давать серьезные сбои. Часть энергии, вырабатываемой продолжающими функционировать несмотря ни на что блоками ЧАЭС, не попадала в пространство, как раньше, а куда-то уходила, накапливалась черт знает где, возможно, что и в каком-нибудь параллельном пространстве. Скорее всего, к этому были причастны Хозяева Зоны, загадочное «О-Сознание», которые, по оперативным данным, имели отношение к недавнему Большому Прорыву, когда Зона внезапно расширилась на тридцать километров. К счастью, тогда таинственным демиургам не хватило энергии, и зараженная территория быстро вернулась в свои прежние границы. Но в следующий раз им могло повезти больше. Чтобы сорвать их планы, а в идеале и уничтожить саму Зону, «Последнему рубежу» необходимо было пробиться к Четвертому энергоблоку, где у «О-Сознания», судя по всему, было основное логово. Однако сделать это в лоб, нахрапом, не представлялось возможным даже при содействии Сугорина. Чтобы противостоять аномальным полям, зомбирующим излучениям Радара и практически неуязвимой армии «Монолита», клан бывших военсталов нуждался в обладающих сверхъестественными способностями экстрах.


libking.ru


Смотрите также